Паломническая поездка. Лето - 2013
Этим летом, когда позади уже были экзамены, последние звонки и выпускные вечера, оставалась ещё обещанная отцом ректором паломническая поездка для выпускников. Она несколько раз меняла дату и предполагаемый маршрут, и вот, наконец, всё было определено и подготовлено, и паломники оренбургской епархиальной православной гимназии имени святого праведного Иоанна Кронштадтского группой в 22 человека после молебна о путешествующих двинулись в путь. В составе этой группы были гимназисты – в основном выпускники – и педагоги, а возглавлял её ректор гимназии, протоиерей Георгий Горлов. По возвращении отец Георгий рассказал об этой удивительной поездке, назвав её большим счастьем, дарованным Господом – они проехали столько святынь нашей Российской земли и, самое главное, везде им сопутствовала молитва.
«Когда начинали, я думал – Господи, когда же мы вернёмся назад? Впереди такая сложная поездка, такой трудный путь и такая большая ответственность… Но когда ехали назад – было полное ощущение того, что возвращаться не хочется. Вернуться оказалось всё равно что с неба на землю – и в смысле духовном, конечно, и в смысле ощущений житейских – той отвлечённости от суеты, от необходимых текущих дел, но самое главное – всю поездку было ощущение того, что нам сопутствует Сам Господь – было единение душ, и дети нас не огорчали, не было проблем с дисциплиной. Дорога, которая занимала большую часть времени, проходила в дружеской и тёплой обстановке, без споров и разногласий, которые нередко омрачают паломнические поездки – и эта добрая атмосфера позволяла сосредоточиться на молитве.
Первая остановка – в Дивееве. Дивеево – само по себе то место, где человек отрешается от суеты, где чувствуется сила благодати от подвигов преподобного Серафима Саровского. И мы были очень рады, что в этом месте смогли, получив благословение, отслужить молебен перед мощами преподобного. Когда мы с детьми пели акафист, пришло такое духовное единение! Это путешествие и было прежде всего посвящено молитве. И наша молитва – совместная, усиленная – началась именно отсюда, здесь она коснулась сердец и объединила нас. Продолжилась она на монастырском кладбище – мы отслужили литию об упокоении похороненных там достойнейших людей – молитвенников, священства, монахинь. Прошли по канавке – и «едиными усты, единым сердцем» не прочитали, а пропели 150 раз «Богородице, Дево, радуйся…».
Всю эту поездку нам сопутствовало удивительное погодное явление – в дороге шёл дождь, но стоило приехать на место - тучи рассеивались. Когда мы ехали к Дивееву, за окнами был просто обложной дождь, а когда доехали – там светило солнце, и было удивительное ощущение – мы как будто попали из царства, где тьма и сырость, в царство света и солнца. А когда мы отъезжали, снова пошёл дождь. И так было всё наше путешествие – когда мы выходили из автобуса для молитвы – дождь прекращался.
За Дивеевом был Петербург, Иоанновский монастырь, где покоятся мощи святого праведного Иоанна Кронштадтского – именно туда мы и стремились больше всего. И наше главное желание – отслужить благодарственный молебен небесному покровителю гимназии за то, что мы есть, за наш замечательный выпускной класс, за то, что благополучно закончен этот учебный год… Туда мы прибыли 17 июля, в день памяти святых царственных страстотерпцев – царя Николая и его августейшего семейства – день особенный ещё и потому, что Иоанн Кронштадтский участвовал в таинстве браковенчания царя Николая и царицы Александры. И мы с особым чувством молились в усыпальнице святого праведного Иоанна Кронштадтского, спели акафист. Там было много людей, также приехавших для поклонения святому – они пели вместе с нами. И вообще во всех местах, где мы пели акафисты, люди подходили и начинали вместе с нами молиться.
После молебна в усыпальнице Иоанна Кронштадтского мы поехали в то место, где он жил и творил – в Кронштадт. Ощущения удивительные – едешь по морю «аки по суху» - море и слева, и справа, и город удивительный – он напомнил безмятежное, тихое прошлое. Мы побывали в музее-квартире – по фотографиям мы, конечно, знали это место, но там смогли прочувствовать, что вот здесь ходит, жил, творил наш небесный покровитель. Вот это диван, на котором он сидел, вот гостиная – там мы тоже отслужили молебен, пели нашим особым распевом, и так тронули этим служительниц музея, что они пустили нас в кабинет святого, куда сам Иоанн Кронштадтский пускал далеко не всех, и теперь туда не всех пускают. Это место, где произошло великое чудо – в этом кабинете ему явилась Матерь Божия, там была написана главная его книга – «Моя жизнь во Христе». И служительница дала нам эту книгу – мы даже прочитали несколько отрывков, чтобы наполнить эту комнату словами, которые в ней когда-то родились. Было особое ощущение – его трудно передать – в душе всё умиротворилось, пришло в состояние духовного покоя – это, наверное, и есть ощущение счастья.
После мы поехали по Кронштадту – он хоть и небольшой, но уютный, очень чистый и красивый, морской. Посетили вновь восстановленный Николаевский Морской собор. Он просто потрясает воображение – огромный, с любовью построенный – видно, что он недёшево обошёлся, но деньги были потрачены не зря. И самое главное – потрясает не только конструкция: при всём величии, красоте, позолоте есть ощущение, что это церковь, где можно молиться. В этом соборе ощущается именно торжество Православия.
Побывали мы также в Кронштадтском порту. Это тоже потрясающее зрелище – морской порт, и увидеть военные корабли на рейде было очень интересно.
Следующий день был не менее насыщен – у нас была большая программа – не только духовная, но и культурная. Начинали мы день, конечно, с молитвы – посетили Александро-Невскую Лавру (это был праздник преп. Сергия Радонежского, и мы стремились попасть в монашескую обитель). Было очень радостно приложиться к святым мощам и помолиться на службе. В тот день также совершалась память преп. великой княгини Елизаветы – эта святая тоже особенно близка нам – сестричество при нашем гимназическом храме носит имя этой преподобномученицы.
После мы поехали на Смоленское кладбище, чтобы приложиться к мощам св.блаж. Ксении Петербургской – одной из самых любимых и почитаемых русских святых, поскольку она очень много помогает людям в житейских делах. В часовне нам дали возможность помолиться перед мощами святой блаженной Ксении – настолько велика была к нам милость Божия, и не было дождя – это тоже знак Божия благоволения. Когда мы пели акафист – вновь рядом с нами становились и пели другие люди, и те, что стояли вне часовни, тоже соучаствовали в молитве, потому что включили трансляцию, и слова нашей молитвы были слышны по всему Смоленскому кладбищу. Подтверждением этому стала одна встреча вечером этого же дня в Русском музее, когда к нам подошла женщина, которая живёт во Франции, и спросила, мы ли пели молебен в часовне? «Я 21 год хотела побывать на этом кладбище,– сказала она, – и очень вам благодарна, что смогла вместе с вами помолиться».
Петербург – город, в котором не только огромное множество святынь, не только культурная столица, но ещё и город воинской славы. Петербуржцам по-прежнему дорого имя Ленинград, поскольку это не память Ленина – это память блокады. И мы перед этой памятью не могли не преклониться. Это одна из важных страниц в истории нашего Отечества, и дети должны знать – кто и какой ценой победил в той войне – и сохранить эту память.
Не всем, может быть, хотелось поехать, но у меня было твёрдое желание провести их по «Дороге жизни». И мы совершили этот длительный путь – 47 км до Ладожского озера, откуда передавали в блокадный город продукты и боеприпасы. Мы останавливались на этом пути перед памятником девушкам-регулировщицам – таким же девочкам, как наши старшие ученицы, которые вместе с нами путешествовали – но было ощущение великого подвига, совершённого ими. Хотя тогда для них это была просто жизнь – время выпало такое, и они в это время жили. И ещё один памятник – полуторке. Он отлит из бронзы, но полное ощущение того, что это настоящая машина. А через дорогу там храм, и чувствуется, что это место особое – рядом памятники погибшим в разное время за Отечество – и там мы тоже отслужили литию. А ещё потрясающий музей на Ладожском озере – это было настоящее откровение и, конечно, теперь уже никто не пожалел, что туда попал. Очень подробную экскурсию провёл сам директор музея – замечательный человек, удивительный подвижник: он с аквалангом погружается на дно Ладожского озера и отыскивает затонувшие корабли, самолёты, вагоны… Поднять это, конечно, очень трудно – нужна специальная техника, но кое-что из этого поднято, и на территории музея стоит самолёт, машина-полуторка. Видя всё это, мы буквально почувствовали историю этой трассы – историю крови, историю испытаний, неимоверный подвиг. Не отдавая почтения этому, мы не можем называть себя людьми. Очень правильной и нужной была эта поездка.
Следующим в этот насыщенный день стал Русский музей, куда мы успели буквально забежать – но всё равно это было удивительное ощущение. А дальше был дождь… Ужасный дождь – такой, что я думал – будет полный крах нашей кампании. Но утром опять сияло солнце, и этот день мы провели в Петропавловской крепости. Конечно, прежде всего нас интересовал собор Петра и Павла. Он оставил сложное ощущение – сейчас он используется как музей – толпы туристов, большинство из них – иностранцы, которые ничего тут не понимают. Но всё равно – в любом месте, где нас сопровождает Господь, люди относятся по-другому, как-то проникаются. И здесь нам очень помогла билетёрша – и взять билеты на колокольню, и гида найти. Конечно, и собор удивительный, и захоронения наших российских императоров – это было прикосновение и к истории, и к святыне. Храм-то воспринимается как храм, и я попросил разрешения отслужить молебен святым апостолам Петру и Павлу. Пока мы пели, в храме стояла недоуменная, но всё же тишина. Потом ребята поднялись на колокольню, посмотрели на город, на Неву. Ну, а потом мы поехали – вернее, поплыли – по Неве на катере. Посмотрели на город с воды, и простились с ним – отправились дальше, в Вырицу. Там подвизался человек, который повторил подвиг Серафима Саровского – 1000 дней и ночей стоял в молитве на камне - преподобный Серафим Вырицкий. У нас был очень долгий путь, опять был дождь, и когда приехали к храму, он оказался уже закрыт – открыта только часовня. Но мощи-то как раз и были в часовне! Его – и рядом его супруги, которая приняла вместе с ним постриг, с тем же именем. Он – Серафим, и она – Серафима. В часовне не было освещения, мы пели акафист только при свете лампады – и это была особая молитва, сумевшая разогнать мрак в душе… А когда мы оттуда выезжали, было удивительное явление – очень яркая, большая, на всё небо, радуга – для нас это стало особым знаком любви Божией к нам, пришло ощущение, что мы недаром потрудились духовно.
И вот, сопровождаемые этой радугой, мы выехали в Москву. Всю дорогу снова был дождь. В Покровский монастырь приехали в субботу – народа очень много, было чувство, что мы к мощам блаженной Матроны не попадём никогда – очередь шла через весь монастырский двор. Но стояли всего час – успели только спеть акафист, и, как всегда, к нам присоединялись другие люди, хотя пели мы очень тихо, чтобы не нарушать монастырского устава, покоя. Приложились к мощам, а потом у нас был путь в Кремль. Там экскурсия по Соборной площади, Успенский собор – но там очень много туристов, в основном иностранцы, ходят толпами, очень громко говорят что-то непонятное – было ощущение, как будто мы чужие в своём отечестве. Но и там Ирина Витальевна нашла икону «Царице моя Преблагая», и мы потихонечку, получив разрешение, всё-таки помолились. А ощущение того, что ты молишься в Успенском соборе Кремля – непередаваемо. Здесь совершались главные службы Отечества – какие здесь возносились прошения, какие люди здесь молились – и мы с ними через века соединились в молитве! Это посещение было полезно и с исторической стороны, и с духовной.
А потом мы поехали готовиться к посещению Большого театра – в нашей культурной программе была опера «Кармен». Эта постановка очень много споров вызвала в Москве, но Бизе нельзя испортить даже «осовремениванием», что было в данной постановке. На мой взгляд, эта попытка получилась неудачной с точки зрения сценографии. Всё-таки отношение к Большому театру – классическое, главный театр страны должен быть хранителем классики, хоть где-то должен быть эталон. Мы готовились к посещению театра не меньше, чем к посещению храма, а, может, даже и больше. Храм-то для нас - дело привычное, здесь своё, родное, а туда мы шли как будто в гости, причём в гости к очень солидным людям, культурным, и нам тоже не хотелось ударить в грязь лицом – поэтому наши девочки везли с собой красивые платья, туфли. И было некоторое разочарование от того, что какая-то пошловатая режиссура, дешевизна сценографии. Но пели великолепно – и, всё равно, прикосновение к прекрасному было, хотя, конечно, оно не дотягивало до духовного. Спуститься с небес на землю, перестроиться – тяжело.
Ну и последний день нашего путешествия – прогулки и путешествие по Москве. У нас был замечательный православный гид, и она нас провела по храмам Москвы. Среди них – старинный Петропавловский храм, Елоховский собор, Данилов монастырь – удивительная тоже поездка, и время пролетело совершенно незаметно. Попрощались с Москвой, глядя на неё с Воробьёвых гор, и там был тоже удивительный храм…»
Фотоотчёт о поездке сделан благодаря Марине Анатольевне Бусалаевой и Елене Викторовне Щербаковой. Ещё больше фотографий можно увидеть в фотоальбоме сайта.
А ещё об этой поездке рассказывают "Путевые записки паломника" Ирины Витальевны Лежневой.
«Когда начинали, я думал – Господи, когда же мы вернёмся назад? Впереди такая сложная поездка, такой трудный путь и такая большая ответственность… Но когда ехали назад – было полное ощущение того, что возвращаться не хочется. Вернуться оказалось всё равно что с неба на землю – и в смысле духовном, конечно, и в смысле ощущений житейских – той отвлечённости от суеты, от необходимых текущих дел, но самое главное – всю поездку было ощущение того, что нам сопутствует Сам Господь – было единение душ, и дети нас не огорчали, не было проблем с дисциплиной. Дорога, которая занимала большую часть времени, проходила в дружеской и тёплой обстановке, без споров и разногласий, которые нередко омрачают паломнические поездки – и эта добрая атмосфера позволяла сосредоточиться на молитве.
Первая остановка – в Дивееве. Дивеево – само по себе то место, где человек отрешается от суеты, где чувствуется сила благодати от подвигов преподобного Серафима Саровского. И мы были очень рады, что в этом месте смогли, получив благословение, отслужить молебен перед мощами преподобного. Когда мы с детьми пели акафист, пришло такое духовное единение! Это путешествие и было прежде всего посвящено молитве. И наша молитва – совместная, усиленная – началась именно отсюда, здесь она коснулась сердец и объединила нас. Продолжилась она на монастырском кладбище – мы отслужили литию об упокоении похороненных там достойнейших людей – молитвенников, священства, монахинь. Прошли по канавке – и «едиными усты, единым сердцем» не прочитали, а пропели 150 раз «Богородице, Дево, радуйся…».
Всю эту поездку нам сопутствовало удивительное погодное явление – в дороге шёл дождь, но стоило приехать на место - тучи рассеивались. Когда мы ехали к Дивееву, за окнами был просто обложной дождь, а когда доехали – там светило солнце, и было удивительное ощущение – мы как будто попали из царства, где тьма и сырость, в царство света и солнца. А когда мы отъезжали, снова пошёл дождь. И так было всё наше путешествие – когда мы выходили из автобуса для молитвы – дождь прекращался.
За Дивеевом был Петербург, Иоанновский монастырь, где покоятся мощи святого праведного Иоанна Кронштадтского – именно туда мы и стремились больше всего. И наше главное желание – отслужить благодарственный молебен небесному покровителю гимназии за то, что мы есть, за наш замечательный выпускной класс, за то, что благополучно закончен этот учебный год… Туда мы прибыли 17 июля, в день памяти святых царственных страстотерпцев – царя Николая и его августейшего семейства – день особенный ещё и потому, что Иоанн Кронштадтский участвовал в таинстве браковенчания царя Николая и царицы Александры. И мы с особым чувством молились в усыпальнице святого праведного Иоанна Кронштадтского, спели акафист. Там было много людей, также приехавших для поклонения святому – они пели вместе с нами. И вообще во всех местах, где мы пели акафисты, люди подходили и начинали вместе с нами молиться.
После молебна в усыпальнице Иоанна Кронштадтского мы поехали в то место, где он жил и творил – в Кронштадт. Ощущения удивительные – едешь по морю «аки по суху» - море и слева, и справа, и город удивительный – он напомнил безмятежное, тихое прошлое. Мы побывали в музее-квартире – по фотографиям мы, конечно, знали это место, но там смогли прочувствовать, что вот здесь ходит, жил, творил наш небесный покровитель. Вот это диван, на котором он сидел, вот гостиная – там мы тоже отслужили молебен, пели нашим особым распевом, и так тронули этим служительниц музея, что они пустили нас в кабинет святого, куда сам Иоанн Кронштадтский пускал далеко не всех, и теперь туда не всех пускают. Это место, где произошло великое чудо – в этом кабинете ему явилась Матерь Божия, там была написана главная его книга – «Моя жизнь во Христе». И служительница дала нам эту книгу – мы даже прочитали несколько отрывков, чтобы наполнить эту комнату словами, которые в ней когда-то родились. Было особое ощущение – его трудно передать – в душе всё умиротворилось, пришло в состояние духовного покоя – это, наверное, и есть ощущение счастья.
После мы поехали по Кронштадту – он хоть и небольшой, но уютный, очень чистый и красивый, морской. Посетили вновь восстановленный Николаевский Морской собор. Он просто потрясает воображение – огромный, с любовью построенный – видно, что он недёшево обошёлся, но деньги были потрачены не зря. И самое главное – потрясает не только конструкция: при всём величии, красоте, позолоте есть ощущение, что это церковь, где можно молиться. В этом соборе ощущается именно торжество Православия.
Побывали мы также в Кронштадтском порту. Это тоже потрясающее зрелище – морской порт, и увидеть военные корабли на рейде было очень интересно.
Следующий день был не менее насыщен – у нас была большая программа – не только духовная, но и культурная. Начинали мы день, конечно, с молитвы – посетили Александро-Невскую Лавру (это был праздник преп. Сергия Радонежского, и мы стремились попасть в монашескую обитель). Было очень радостно приложиться к святым мощам и помолиться на службе. В тот день также совершалась память преп. великой княгини Елизаветы – эта святая тоже особенно близка нам – сестричество при нашем гимназическом храме носит имя этой преподобномученицы.
После мы поехали на Смоленское кладбище, чтобы приложиться к мощам св.блаж. Ксении Петербургской – одной из самых любимых и почитаемых русских святых, поскольку она очень много помогает людям в житейских делах. В часовне нам дали возможность помолиться перед мощами святой блаженной Ксении – настолько велика была к нам милость Божия, и не было дождя – это тоже знак Божия благоволения. Когда мы пели акафист – вновь рядом с нами становились и пели другие люди, и те, что стояли вне часовни, тоже соучаствовали в молитве, потому что включили трансляцию, и слова нашей молитвы были слышны по всему Смоленскому кладбищу. Подтверждением этому стала одна встреча вечером этого же дня в Русском музее, когда к нам подошла женщина, которая живёт во Франции, и спросила, мы ли пели молебен в часовне? «Я 21 год хотела побывать на этом кладбище,– сказала она, – и очень вам благодарна, что смогла вместе с вами помолиться».
Петербург – город, в котором не только огромное множество святынь, не только культурная столица, но ещё и город воинской славы. Петербуржцам по-прежнему дорого имя Ленинград, поскольку это не память Ленина – это память блокады. И мы перед этой памятью не могли не преклониться. Это одна из важных страниц в истории нашего Отечества, и дети должны знать – кто и какой ценой победил в той войне – и сохранить эту память.
Не всем, может быть, хотелось поехать, но у меня было твёрдое желание провести их по «Дороге жизни». И мы совершили этот длительный путь – 47 км до Ладожского озера, откуда передавали в блокадный город продукты и боеприпасы. Мы останавливались на этом пути перед памятником девушкам-регулировщицам – таким же девочкам, как наши старшие ученицы, которые вместе с нами путешествовали – но было ощущение великого подвига, совершённого ими. Хотя тогда для них это была просто жизнь – время выпало такое, и они в это время жили. И ещё один памятник – полуторке. Он отлит из бронзы, но полное ощущение того, что это настоящая машина. А через дорогу там храм, и чувствуется, что это место особое – рядом памятники погибшим в разное время за Отечество – и там мы тоже отслужили литию. А ещё потрясающий музей на Ладожском озере – это было настоящее откровение и, конечно, теперь уже никто не пожалел, что туда попал. Очень подробную экскурсию провёл сам директор музея – замечательный человек, удивительный подвижник: он с аквалангом погружается на дно Ладожского озера и отыскивает затонувшие корабли, самолёты, вагоны… Поднять это, конечно, очень трудно – нужна специальная техника, но кое-что из этого поднято, и на территории музея стоит самолёт, машина-полуторка. Видя всё это, мы буквально почувствовали историю этой трассы – историю крови, историю испытаний, неимоверный подвиг. Не отдавая почтения этому, мы не можем называть себя людьми. Очень правильной и нужной была эта поездка.
Следующим в этот насыщенный день стал Русский музей, куда мы успели буквально забежать – но всё равно это было удивительное ощущение. А дальше был дождь… Ужасный дождь – такой, что я думал – будет полный крах нашей кампании. Но утром опять сияло солнце, и этот день мы провели в Петропавловской крепости. Конечно, прежде всего нас интересовал собор Петра и Павла. Он оставил сложное ощущение – сейчас он используется как музей – толпы туристов, большинство из них – иностранцы, которые ничего тут не понимают. Но всё равно – в любом месте, где нас сопровождает Господь, люди относятся по-другому, как-то проникаются. И здесь нам очень помогла билетёрша – и взять билеты на колокольню, и гида найти. Конечно, и собор удивительный, и захоронения наших российских императоров – это было прикосновение и к истории, и к святыне. Храм-то воспринимается как храм, и я попросил разрешения отслужить молебен святым апостолам Петру и Павлу. Пока мы пели, в храме стояла недоуменная, но всё же тишина. Потом ребята поднялись на колокольню, посмотрели на город, на Неву. Ну, а потом мы поехали – вернее, поплыли – по Неве на катере. Посмотрели на город с воды, и простились с ним – отправились дальше, в Вырицу. Там подвизался человек, который повторил подвиг Серафима Саровского – 1000 дней и ночей стоял в молитве на камне - преподобный Серафим Вырицкий. У нас был очень долгий путь, опять был дождь, и когда приехали к храму, он оказался уже закрыт – открыта только часовня. Но мощи-то как раз и были в часовне! Его – и рядом его супруги, которая приняла вместе с ним постриг, с тем же именем. Он – Серафим, и она – Серафима. В часовне не было освещения, мы пели акафист только при свете лампады – и это была особая молитва, сумевшая разогнать мрак в душе… А когда мы оттуда выезжали, было удивительное явление – очень яркая, большая, на всё небо, радуга – для нас это стало особым знаком любви Божией к нам, пришло ощущение, что мы недаром потрудились духовно.
И вот, сопровождаемые этой радугой, мы выехали в Москву. Всю дорогу снова был дождь. В Покровский монастырь приехали в субботу – народа очень много, было чувство, что мы к мощам блаженной Матроны не попадём никогда – очередь шла через весь монастырский двор. Но стояли всего час – успели только спеть акафист, и, как всегда, к нам присоединялись другие люди, хотя пели мы очень тихо, чтобы не нарушать монастырского устава, покоя. Приложились к мощам, а потом у нас был путь в Кремль. Там экскурсия по Соборной площади, Успенский собор – но там очень много туристов, в основном иностранцы, ходят толпами, очень громко говорят что-то непонятное – было ощущение, как будто мы чужие в своём отечестве. Но и там Ирина Витальевна нашла икону «Царице моя Преблагая», и мы потихонечку, получив разрешение, всё-таки помолились. А ощущение того, что ты молишься в Успенском соборе Кремля – непередаваемо. Здесь совершались главные службы Отечества – какие здесь возносились прошения, какие люди здесь молились – и мы с ними через века соединились в молитве! Это посещение было полезно и с исторической стороны, и с духовной.
А потом мы поехали готовиться к посещению Большого театра – в нашей культурной программе была опера «Кармен». Эта постановка очень много споров вызвала в Москве, но Бизе нельзя испортить даже «осовремениванием», что было в данной постановке. На мой взгляд, эта попытка получилась неудачной с точки зрения сценографии. Всё-таки отношение к Большому театру – классическое, главный театр страны должен быть хранителем классики, хоть где-то должен быть эталон. Мы готовились к посещению театра не меньше, чем к посещению храма, а, может, даже и больше. Храм-то для нас - дело привычное, здесь своё, родное, а туда мы шли как будто в гости, причём в гости к очень солидным людям, культурным, и нам тоже не хотелось ударить в грязь лицом – поэтому наши девочки везли с собой красивые платья, туфли. И было некоторое разочарование от того, что какая-то пошловатая режиссура, дешевизна сценографии. Но пели великолепно – и, всё равно, прикосновение к прекрасному было, хотя, конечно, оно не дотягивало до духовного. Спуститься с небес на землю, перестроиться – тяжело.
Ну и последний день нашего путешествия – прогулки и путешествие по Москве. У нас был замечательный православный гид, и она нас провела по храмам Москвы. Среди них – старинный Петропавловский храм, Елоховский собор, Данилов монастырь – удивительная тоже поездка, и время пролетело совершенно незаметно. Попрощались с Москвой, глядя на неё с Воробьёвых гор, и там был тоже удивительный храм…»
Фотоотчёт о поездке сделан благодаря Марине Анатольевне Бусалаевой и Елене Викторовне Щербаковой. Ещё больше фотографий можно увидеть в фотоальбоме сайта.
А ещё об этой поездке рассказывают "Путевые записки паломника" Ирины Витальевны Лежневой.
Комментариев нет